Олег Леусенко (oleg_leusenko) wrote,
Олег Леусенко
oleg_leusenko

Финно-угры - коренные, государствообразующие народы России

Угро финские племена
Александр Каминский. Фото предоставлено Каминским А.Г.

Уже второй год в Москве широко отмечаются дни родственных угро-финских народов. Чем же они интересны? Прежде чем ответить на этот вопрос, неплохо было бы обратиться к истории. Особенно сейчас, когда все озабочены проблемой самоидентификации, поиском корней и национальной идеи.

Медиапроект Великая эпоха пригласили к разговору Александра Каминского, основателя Общества российско-эстонской дружбы, члена правления Московской региональной ассоциации Угро-финских народов.

- Факт, что у истоков российской государственности стояли представители не только славянских, но и угро-финских и балтских племен, в академических кругах не отрицается никем.

Однако на обиходном уровне до сих пор бытует мнение, что коренное население России — русские, что порождает множество проблем: от исторических несообразностей в книгах до бытового экстремизма.

Вот, например, «русские марши» во многих городах, которые /проходят/ под лозунгами «Защитим русских — коренное население России». Но давайте тогда защищать все коренное население России — чудь, весь, водь, коми и другие народы.

Ведь именно представители угро-финской языковой семьи являются древнейшим населением Российской Федерации.

- Было интересно узнать, к примеру, что такое название, как Москва имеет угро-финские корни.

А.К.: Археологические раскопки городищ и селищ дьяковской культуры раннежелезного века, что проходили на территории Москвы, показывают, что в бассейне Москвы-реки жили племена, говорившие на языке финно-угорской языковой семьи.

Слово «Москва» легко делится на два компонента: моск-ва, подобно названиям северноуральских рек — Лысь-ва, Сось-ва, Сыл-ва, Куш-ва. Элемент -ва легко объясняется во многих финно-угорских языках (например, в мерянском, марийском, коми) как «вода», «река» или «мокрый». А вот корень моск- объясняют по-разному: или как «болотистое место», или как «медвежье».

А вот один из старейших городов – Псков — стоит на река Пско-ва, а его название происходит от слова piskawa (по-ливски), pihkwa, piskwa (по-эстонски в старом, довоенном написании), означающих «смолистая вода», «плеск», «блеск», «рыбная река», «песок». Археологи давно установили, что в древнем Пскове жили предки псковских кривичей, представители прибалтийско-финских, балтских и скандинавских племён.

Показательным является и освоение предками современного Пермского края, и их контакты с зырянами (предками народа коми). Дмитрий Донской принимает приехавшего из Перми священника Степана Хряпа (впоследствии канонизированного под именем Стефана Пермского), который просит его и митрополита Алексия учредить Пермскую епархию. Стефан переводит на зырянский язык Библию. До середины восемнадцатого века богослужение в зырянских церквях велось на коми языке.

Стефан пытался провести христианизацию Пермского края без русификации. Зыряне получили возможность вести богослужение на своем языке, развивать свою письменность. Но к середине XVIII века этим алфавитом почти перестали пользоваться. Почему? Это тема отдельного серьезного исследования.

Согласно легендам, «чудь в землю закопалась» при походе на неё новгородского войска. Чудь живет в лесу, прячет там свои сокровища. Возможно, что чудины — людоеды. Они высоки, светловолосы, светлоглазы («чудь белоглазая»). Даже убитая чудь может постоять за свои права. Если в некоторых местах рубить лес, то потом «Чудь придёт, народ пожрёт, скарб разграбит».

Как полагают многие исследователи, тот страх перед лесом, который есть в очень многих русских народных сказках, тоже связан с чудью. Дело в том, что и скандинавы-варяги, и жители Киевской Руси таких лесов, переходящих в тайгу, которые находились на территории расселения угро-финских племен, не видели. Движение туда для варягов и славян было сопряжено с огромными опасностями. Там жили лесные племена, не всегда дружелюбные к пришельцам, со своими непонятными обычаями. Пугали они славян и тем, что с ними нельзя было встретиться в открытом бою, как, например, с половцами, послать им вызов: «Иду на Вы».

- Несмотря на свою воинственность, им все же не удалось противостоять захвату своих земель?

А.К.: Я бы не стал описывать этот процесс в терминах захвата. Угро-финские народы северо-запада поочередно становились данниками то Швеции, то Новгорода. От того, под чьей властью они в итоге оказывались, и зависела их историческая судьба: одни практически слились с русскими, другие — со шведами или более крупными, угро-финскими же народами — эстонцами и финнами. Но есть народы, которые до сих пор сохранили свою самобытность и язык, например, народ сету, живущий по обоим берегам Чудского озера.

Вообще я бы назвал это процессом консолидации угро-финских земель вокруг России . И надо сказать, что он продолжался довольно долго. Вот, например, Удмуртия вошла в состав России 450 лет назад, княжество Конда (Кондиния) было формально присоединено к России в восемнадцатом веке, однако включение Конды в титул императора всероссийского состоялось только при Николае I в 1842 году.

- Что вы можете сказать о культурном взаимодействии угро-финских и славянских народов?

А.К.: Тему культурного взаимодействия русских и финно-угров (больших народов и малых народностей) в одной статье охватить невозможно. Хочу только привести пример взаимопроникновения наших культур. Все мы привыкли считать, что береза — символ России. Однако это культовое дерево является национальным символом у большинства угро-финских народов Севера – карел, веси, мери, югры, манси, хантов, удоров, пермяков, коми, финнов-суоми, и финнов-тавастов.

Береза — первое дерево, которое проникло на Север после великого оледенения. Видимо, это тоже сыграло свою роль. Были и есть деревья, которым по 400-500 лет.

Именно таким деревом была Великая береза пермского народа. Под ним совершались жертвоприношения, отмечались все праздники, она находилась в районе города Усть-Вымь. Уже упоминаемый Стефан Пермский срубил и сжег Великую березу в 1379 году. Разъяренная толпа схватила его и хотела сжечь. Его уже привязали к столбу, но никто не решился поджечь хворост. Позднее в Москве Сергий Радонежский упрекал Стефана за «излишнее рвение» и призывал его к большей терпимости.

Местом капищ, посвященных Великой березе, был город Березов, место ссылки Меньшикова и учебы мэра Москвы. На языке манси этот город сначала назывался Халь-Уш, а на языке обских хантов Сунгуч-ваш, что означает одно и то же «береза». Завоевав Обдорию, русские просто перевели это название. Память о почитании берёзы осталась и в названиях Халь-мер Ю и Кунгур, Сунгур и Сургут.

Даже с формальным принятием православия угро-финские народы продолжали поклоняться березе. Они слили праздник березы с православным праздником Троицы, на который и русские тоже, сначала в районах со смешанным населением, а потом и в чисто русских, стали приносить в церковь и домой березовые ветки.

- А почему же такие сугубо исторические сведения замалчивались?

А.К.: Надо сказать, что отечественная историография, если не замалчивала, то и не стремилась в должной мере освещать вопросы, связанные с этническим составом населения Пскова, Новгорода, Севера. При этом псковские летописи 14-17 веков достаточно подробно рассказывают об истории народов Прибалтики, а Псков героически противостоял экспансии Ливонского ордена, способствуя национальному самосохранению литовцев, эстов, сету, ижорцев и других народов.

Вся эта недосказанность приводит к тому, что, как я уже говорил, в сознании людей возникают странные белые пятна, непонятные страхи и опасения. Например, одним из таких страхов является страх утраты православной идентичности при возрождении традиционной культуры угро-финских народов.

Но ведь на самом деле большинство коми, удмуртов, води, горных и луговых мари, мокша и эрьзя — православные. При этом среди них много представителей старообрядческой церкви, то есть людей, сохранивших веру и обычаи неизменными, с семнадцатого века. Собственно говоря, протопоп Аввакум — герой и мученик старообрядчества, известный также как харизматичный русский писатель, был по национальности мордвином.

- Но сколько человек знают об этом в России?

А.К.: Мало. Именно поэтому в мероприятиях, проходящих в дни угро-финских народов в Москве, мы делаем упор на просвещение, на исторические и культурные материалы, организуем кинопоказы, проводим конференции.
Нельзя не сказать еще об одном направлении нашей деятельности — это восстановление памяти о репрессированных деятелях национальных культур. К сожалению, имена Кузьмы Чайникова (Кузебая Герда), Валериана Васильева, Михаила Янтемира, Тимофея Евсевьева практически неизвестны, а ведь это были выдающиеся просветители, яркие литераторы, блестящие ученые.

- Какую роль играет религия в жизни угро-финских народов?

А.К.: Это слишком большая тема, не хотелось бы поверхностно затронуть ее в интервью. У наших коллег по угро-финскому лекторию «Муш» уже давно возникла мысль о том, что надо провести большую конференцию по этому вопросу. Думаю, что это будет очень полезным.

Сейчас же в преддверии дня памяти жертв политических репрессий хочу сказать о другом, например, на территории современной республики Коми в 1918 г. было 116 приходов, в которых насчитывалось 186 церквей и около 230 часовен, 88 церквей и 3 часовни были каменные. К маю 1941 г. в Коми АССР не осталось ни одной действующей церкви, за период 1930-1988 гг. 80 церквей и более 190 часовен были разрушены. ВСЕ священнослужители были в 1920-30-е годы репрессированы.

Семнадцать пастырей, отдавших свою жизнь за Веру, прославлены Русской Православной Церковью к лику святых новомучеников и исповедников Российских. Среди них: отец Николай Шумков (погиб в 1937 году), отец Григорий Бронников (1937), отец Николай Доброумов (1937)».

Советская власть последовательно разрушала храмы, языческие капища, священные места ханты, манси, ненцев. Почитайте, например, роман «Божья матерь в кровавых снегах» хантыйского писателя Еремея Айпина или вспомните историю острова Вайгач, бывшего священным местом для ненцев (которые так же, как УФ-народы входят в Уральскую языковую семью).

В 1921 году экспедицией Н. А. Куликова в юго-западной части острова были обнаружены полиметаллические руды. С 1930 года геологические исследования продолжила Вайгачская экспедиция ОГПУ под начальством Ф. И. Эйхмана, бывшего заместителя начальника СЛОН. Научную часть работ возглавлял заключённый П. В. Виттенбург — известный геолог и географ, профессор.

В 1934 году в бухте Варнек силами заключённых «Особлага Вайгач» началась промышленная добыча свинцово-цинковых руд в пяти шахтах. Люди умирали сотнями. Зимой умерших не хоронили, а спускали под лёд бухты

В 1938 году шахты залило водой и рудник был закрыт. Оставшихся в живых заключённых частично вывезли, а остальных зимой пешком отправили в Воркуту. В пути многие погибли. Многие ненцы до сих пор боятся посещать свои святилища на этом острове.

В дни угро-финского единства /мы проводим/ большую конференцию под названием «Репрессированное возрождение», на которой и говорим о многих деятелях угро-финской культуры и просвещения.

Должен сказать, что одними конференциями наша деятельность не ограничивается. Мы проводим более массовые мероприятия — фестиваль финно-угорских рок-групп. В этом помогают эстонские музыканты.

Tags: интервью, история, русификация, финно-угры, этнические территории, этноцид
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 14 comments