Олег Леусенко (oleg_leusenko) wrote,
Олег Леусенко
oleg_leusenko

Categories:

Как Сталин расстреливал пионеров и комсомольцев. Часть I



В начале февраля 1952 года в течение недели в Москве шел судебный процесс. Обвинялись школьники, которые организовали альтернативный литературный кружок. Сфабрикованные дела в СССР были делом обыденным. Но суд над «террористами» из числа только что вышедших из пионеров юнцов поражал своей безжалостностью даже в те времена. На скамье подсудимых оказались 16 совсем маленьких мальчиков и девочек, 14 из которых были евреями. В ночь с 13 на 14 февраля 1952 года в Верховном суде СССР им был зачитан приговор. Обвиняемые в силу возраста не понимали в нем и половины. Но за плечами у них уже был год, проведенный в советских тюрьмах. Надежды на справедливый приговор не было ни у кого, об этом сообщает издание Русский Еврей.

«Евгений Гуревич, Борис Слуцкий, Владилен Фурман приговариваются к высшей мере наказания – расстрелу, – монотонно читал судья. – Ирэна Аргинская, Ида Винникова, Феликс Воин, Григорий Мазур, Владимир Мельников, Екатерина Панфилова, Сусанна Печуро, Алла Рейф, Майя Улановская и Инна Эльгиссер приговариваются к 25 годам заключения. Тамара Рабинович, Галина Смирнова, Нина Уфлянд – к 10 годам лишения свободы с последующей ссылкой и поражением в правах на пять лет».

Все перечисленные ребята были членами подпольной организации «Союз за дело революции», история которой начиналась в Московском городском доме пионеров в 1949 году. Именно там, записавшись в кружок любителей литературы, восьмиклассница Сусанна Печуро подружилась с Борисом Слуцким и Владиком Фурманом. Для увлеченных книгами школьников литературный кружок стал вторым домом, где они проводили все свое свободное время – обсуждали стихи и рассказы, делились впечатлениями от прочитанного. Единственное, что было ребятам не по душе – политика руководителя кружка, которая единолично выбирала произведения для обсуждения. Все же, что было ей неизвестно, требовало предварительного прочтения и утверждения. Впрочем, эта цензура не мешала упомянутой троице собираться после занятий и обсуждать то, что не позволялось обсуждать в стенах класса.

До определенного времени конфликтов с педагогом на этой почве удавалось избегать. Поворотным стало начало 1950 года. Одна из участниц кружка зачитала довольно милое стихотворение про школьный вечер. Суть его сводилась к размышлениям выпускницы о будущей жизни, страхе перед неизвестным и грусти о беззаботном школьном времени. Педагог счел его антисоветским – ведь не может же советский человек пребывать в грусти и нерешительности! Тем более в вопросе будущего, которое, как известно, абсолютно точно светлое, да и строит его коллектив и страна, а не индивид. На сторону обвиняемой тогда встал Борис Слуцкий. После недолгого спора с руководителем кружка он заявил о своем уходе. На занятия он больше не ходил, но с ребятами отношения не разрывал. Вскоре именно у него дома ребята создали альтернативный кружок, свободный от цензуры.

Дома у Бориса была огромная, совершенно потрясающая библиотека. Здесь мирно соседствовали произведения классиков русской литературы с многочисленными томами сочинений Владимира Ильича Ленина. При этом издания Владимира Ленина были в ранних редакциях. Пытливые молодые люди стали изучать произведения Владимира Ильича, затем сравнивали их с мыслями товарища Сталина. И вдруг оказалось, что многие идеи, озвученные Владимиром Ульяновым, уже давно перевраны и утратили первоначальный смысл.

Со временем долгие беседы о литературе перешли в диалоги о жизни, о политическом устройстве страны. Наконец в какой-то из дней Борис встал и заявил о своих планах «бороться за осуществление идеалов революции, против существующего режима, против перерождения диктатуры пролетариата в бонапартистскую диктатуру Сталина». Затем, как вспоминала Сусанна Печуро: «В конце августа 1950-го я гостила у своей бабушки по отцу, где вместе со мной жила моя двоюродная сестра Нина Уфлянд, почти на год меня моложе. Именно здесь, на терраске старого деревянного дома, состоялся самый важный разговор с Борисом и Владиком, определивший всю мою дальнейшую жизнь. Юноши пришли, чтобы рассказать мне, что они решили создать подпольную организацию для борьбы со сталинским режимом и предлагают мне быть с ними. Они не скрывали от меня, какие опасности нас ждут, что, вероятно, эта деятельность будет стоить нам жизни. Решение принять их предложение стоило мне громадных душевных мук. Я понимала, что, соглашаясь, я отрекаюсь от всей своей предшествующей жизни».

Создание организации «Союз борьбы за дело революции» в августе 1950 года было совершенно спонтанным. У участников не было никакого плана, было лишь желание сделать жизнь лучше, устроив её по принципам справедливости, как и завещал Ленин. Начитавшись книг о революционерах, подпольщики придумали себе псевдонимы, а документы печатали исключительно на гектографе. Вскоре появились и новые члены. Причина того, что большинство из них были евреями, довольна проста. Борис пробовал поступать в то время в институт, во многих из которых для него как еврея места не нашлось. Среди таких же отверженных им заводились определенные разговоры, тут же находились единомышленники, они, в свою очередь, приводили своих друзей.

Сам же «Союз» просуществовал полгода. Последние месяцы существования организации все её члены находились под наблюдением. Впрочем, «наблюдатели» даже не думали скрываться. Молодые люди считали: донос на бывших воспитанников написала руководитель литературного кружка. Как бы там ни было, в январе 1951 года начались аресты молодёжи и подростков. К ним приходили ночью, искали запрещённую литературу, изымали книги. Молодых людей тут же увозили в тюрьму. Следствие по делу длилось целый год. Никто и представить себе не мог, что приговор суда окажется столь жестоким. Вчерашних студентов и школьников обвиняли в создании террористической организации, целью которой было свержение и даже устранение руководства СССР.

Их судила Военная коллегия Верховного Суда СССР. За готовность осуществлять акты террора. За подпольную антисоветскую деятельность. Их обвинили в измене родине, и суд это признал, а следователи, которые умело использовали свой богатый опыт «работы» с подследственными, сумели убедить всех обвиняемых, что они и на самом деле изменили родине. Почти все они с обвинением согласились.

У них не было адвокатов. Они не понимали, что, соглашаясь признать себя террористами и изменниками, тем самым они подписывают себе смертный приговор. Они это поняли тогда лишь, когда приговор был оглашен. Троих из шестнадцати, самых настойчивых в поисках ответа на вопрос, что случилось с их отечеством, которое вдруг стало для них чужим и они почувствовали себя в нем отверженными, приговорили к расстрелу. Это были: Гуревич Евгений Зиновьевич, студент института пищевой промышленности, 1931 г.р., Слуцкий Борис Владимирович, 1932 г.р., студент Московского педагогического института им. Потемкина, и Фурман Владилен Леонидович, 1931 г.р., студент 1-го Московского медицинского института. Только в эти минуты они окончательно и поняли, что страна, в которой они живут, для них действительно чужая. Вопреки заверениям следователей.

И все же, на каком основании их назвали террористами? Разве у них было оружие? Оказывается, было. Поломанный пистолет «Велодок» без патронов, который по очереди перепрятывали Мельников и Гуревич. Кроме того, Гуревич много говорил о терроре и даже ставил этот вопрос на обсуждение. Его никто не поддержал. Это была с его стороны самая настоящая мальчишеская бравада, такая же, какой обладал в 1928 году один руководителей «Демократического союза» в г. Чернигове — художник Олег Каменецкий, который, заслышав неприятную фамилию какого-нибудь городского начальника, всегда говорил: «Убил бы собственными руками!» Его тоже расстреляли.

Но кто они были, эти юноши и девушки, которые решились встать на путь борьбы с властью? И кого конкретно так сильно ненавидел Евгений Гуревич, что желал ему смерти? Это был член правительства Георгий Маленков, о котором в те годы говорили, что это именно он является инициатором проведения антисемитской политики в стране. Дело в том, что почти все молодые люди из «Союза борьбы за дело революции» были евреями. Следствие их так и определило, как участников «еврейской террористической организации». Не вдаваясь в подробности причин невероятно сильного давления на еврейское население страны в те годы (вопрос этот достаточно глубоко исследован), отметим лишь, что по своему отношению к евреям СССР тогда действительно напоминал Германию первых лет прихода Гитлера к власти. И порыв защитить себя от несправедливости был естественным.

Приговор о высшей мере наказания – расстреле – был приведен в исполнение 26 марта 1952 года. Прошений о помиловании никто из расстрельного списка не подавал. Остальных отправили умирать в лагеря. В конце апреля 1956 года Военная коллегия пересмотрела дело всей группы. Находившимся в заключении снизили сроки до пяти лет, освободив по амнистии. Троим уже давно расстрелянным ребятам изменили приговор на 10 лет лагерей.

В 1989 году все члены «Союза борьбы за дело революции» были полностью реабилитированы. Сусанна Печуро, вспоминая этот момент, рассказывала: «Открывается дверь, входит военный. “Здравствуйте, – говорит. – Я майор такой-то. Принес вам постановление прокуратуры о реабилитации. Вы должны ее прочитать, расписаться – и я ее заберу обратно. Так велено”. Ну, велено так велено. Прочитала, расписалась… Только, говорю, неправильно здесь. Здесь написано, что никакой антисоветской организации не существовало. А она была».

Мы хотим вспомнить о каждом. И так Дело Р-35271 или «Союз борьбы за дело революции».

Аргинская Ирэна Ильинична, 1923 г.р., уроженка г. Москвы, гражданка СССР, беспартийная, ранее не судима, проживала в Москве, учащаяся 10-го класса 79-й школы Киевского района г. Москвы.

Арестована органами МГБ СССР 18 января 1951 г. по обвинению в том, что «…являлась участником еврейской антисоветской террористической молодежной организации, ставившей своей целью борьбу за свержение Советской власти, занималась вербовкой новых участников, разделяла террористические замыслы участников группы, проводила антисоветскую агитацию, размножала и распространяла документы антисоветского содержания…».

Приговором Военной коллегии Верховного Суда СССР от 13 февраля 1952 г. осуждена к лишению свободы в ИТЛ сроком на 25 лет, с поражением в правах на 5 лет, с конфискацией имущества. После осуждения для отбытия наказания была направлена в Сибирский ИТЛ МВД.

Определением Военной коллегии Верховного Суда СССР от 21 апреля 1956 г. приговор Военной коллегии Верховного Суда СССР от 13 февраля 1952 г. по ст.ст. 58-1 «а», 58-8 УК РСФСР отменен. Дело в этой части было прекращено на основании ст. 4 п. 5 УК РСФСР. В остальном приговор оставался без изменений. Аргинская И.И. была признана осужденной по ст.ст. 58-10 ч. 1 и 58-11 УК РСФСР, по ст. 58-10 ч. 1 мера наказания была снижена до 5 лет ИТЛ, с поражением в правах на 2 года, без конфискации имущества. 25 апреля 1956 г. за отбытием наказания из-под стражи освобождена.

На основании ст. 6 Указа Президиума Верховного Совета СССР от 27 марта 1953 г. «Об амнистии» Аргинская И.И. признана не имеющей судимости.

Постановлением Пленума Верховного Суда СССР от 18 июля 1989 г. дело в отношении Аргинской И.И. прекращено за отсутствием в ее действиях состава преступления. Страница на сайте проекта.

Винникова Ида Львовна, 1931 г.р., уроженка г. Москвы, гражданка СССР, член ВЛКСМ, из служащих, ранее не судима, проживала в Москве, до ареста — студентка заочного факультета Историко-архивного государственного института.

Арестована 14 марта 1951 г. органами МГБ СССР по обвинению в том, что «…являясь участницей еврейской антисоветской террористической молодежной организации «Союз борьбы за дело революции», ставившей своей целью борьбу за свержение существующего в СССР строя, присутствовала на нелегальных сборищах и принимала участие в обсуждении методов борьбы против Советской власти, проводила активную антисоветскую агитацию…». Во время следствия содержалась в Лефортовской тюрьме.

По приговору Военной коллегии Верховного Суда СССР от 13 февраля 1952 г. осуждена к лишению свободы в ИТЛ сроком на 25 лет, с поражением в правах на 5 лет, с конфискацией имущества. После осуждения направлена в ИТЛ МВД СССР в Иркутскую область.

Определением Военной коллегии Верховного Суда СССР от 21 апреля 1956 г. приговор Военной коллегии Верховного Суда СССР от 13 февраля 1952 г. по ст.ст. 58-1 «а», 58-8 УК РСФСР по вновь открывшимся обстоятельствам отменен. Дело в этой части прекращено на основании ст. 4 п. 5 УК РСФСР. Приговор в части обвинения по ст. 58-11 УК РСФСР отменен, и дело в этой части за недоказанностью обвинения прекращено. Обвинение Винниковой по ст. 58-10 ч. 1 УК РСФСР переквалифицировано на ст. 58-12 УК РСФСР и по этой статье назначена мера наказания 3 года ИТЛ, без поражения в правах и без конфискации имущества. За отбытием наказания Винникова И.Л. из-под стражи освобождена 25 апреля 1956 г.

На основании ст. 6 Указа Президиума Верховного Совета СССР от 27 марта 1953 г. «Об амнистии» признана не имеющей судимости.

Постановлением Пленума Верховного Суда СССР от 18 июля 1989 г. дело в отношении Винниковой И.Л. прекращено за отсутствием события преступления.

Воин Феликс Миронович, 1931 г.р., уроженец м. Городницы Город-ницкого района Житомирской области, гражданин СССР, ранее не судим, из служащих, член ВЛКСМ, проживал в г. Ступино Московской области, до ареста — студент 1-го курса Рязанского медицинского института им. Павлова.

Арестован органами МГБ СССР 3 февраля 1951 г. по обвинению в том, что «…являлся участником еврейской антисоветской террористической молодежной организации, ставившей своей целью борьбу за свержение Советской власти, занимался вербовкой новых участников, разделял террористические замыслы других участников группы, проводил антисоветскую агитацию, размножал и распространял документы антисоветского содержания…». Во время следствия содержался в Лефортовской тюрьме МГБ СССР.

Приговором Военной коллегии Верховного Суда СССР от 13 февраля 1952 г. в соответствии со ст.ст. 58-1 «а», 58-8, 58-10 ч.1 , 58-11 УК РСФСР осужден на 25 лет ИТЛ, с поражением в правах на 5 лет и с конфискацией имущества. После осуждения направлен в Карагандинский ИТЛ МВД СССР.

Определением Военной коллегии Верховного Суда СССР от 21 апреля 1956 г. дело в отношении Воина Ф.М. на основании ст. 4 п. 5 УПК РСФСР прекращено, и он из-под стражи освобожден 25 апреля 1956 г.

Гуревич Евгений Зиновьевич (1931)

Гуревич Евгений Зиновьевич, 1931 г.р., уроженец г. Днепропетровска, гражданин СССР, член ВЛКСМ, ранее не судим, проживал в Москве, до ареста — студент 1-го курса Московского технологического института пищевой промышленности.

Арестован органами МГБ СССР 18 января 1951 г. по обвинению в том, что «…являлся одним из основателей и руководителей еврейской антисоветской террористической молодежной организации, осуществлял вербовку новых членов в организацию, подготавливал распространение антисоветских листовок и документов, проводил подготовку к совершению террористических актов против руководителей ВКП(б) и Советского правительства, намеревался установить преступную связь с представителями враждебных иностранных государств и антисоветских националистических формирований, действующих на территории СССР…».

Приговором Военной коллегии Верховного Суда СССР от 13 февраля 1952 г. в соответствии со ст.ст. 58-1 «а», 58-8, 58-10 ч. 1 и 58-11 УК РСФСР осужден по совокупности совершенных им преступлений к расстрелу, с конфискацией имущества. Приговор приведен в исполнение 26 марта 1952 г. Определением Военной коллегии Верховного Суда СССР от 21 апреля 1956 г. приговор Военной коллегии Верховного Суда СССР от 13 февраля 1952 г. в отношении Гуревича по ст.ст. 58-1 «а», 58-8 УК РСФСР по вновь открывшимся обстоятельствам отменен. Дело в этой части было прекращено на основании ст. 4 п. 5 УК РСФСР. Гуревич Е.З. был признан осужденным по ст.ст. 58-10 ч. 1 и 58-11 УК РСФСР и приговорен к 10 годам ИТЛ, с поражением в правах на 5 лет, без конфискации имущества.

Постановлением Пленума Верховного Суда СССР от 18 июля 1989 г. дело в отношении Гуревича Е.З. прекращено за отсутствием в его действиях состава преступления. Страница на сайте проекта.

Мазур Григорий Гдальевич, 1931 г.р., уроженец г. Новозыбково Брянской области, гражданин СССР, беспартийный, из служащих, ранее не судим, проживал в Москве, до ареста — студент 1-го курса Института генетики.

Арестован органами МГБ СССР 18 января 1951 г. по обвинению в том, «… что являлся участником еврейской антисоветской террористической молодежной организации “Союз борьбы за дело революции”, ставившей своей целью борьбу за свержение Советской власти, занимался вербовкой новых участников, разделял террористические замыслы других участников группы, проводил антисоветскую агитацию, размножал и распространял документы антисоветского содержания…».

По приговору Военной коллегии Верховного Суда СССР от 13 февраля 1952 г. в соответствии со ст.ст. 58-1 «а», 58-8, 58-10 ч. 1 и 58-11 УК РСФСР осужден по совокупности совершенных преступлений на 25 лет ИТЛ, с поражением в правах на 5 лет и с конфискацией имущества. Отбывал наказание в Карагандинском ИТЛ МВД СССР.

Определением Военной коллегии Верховного Суда СССР от 21 апреля 1956 г. приговор Военной коллегии Верховного Суда СССР от 13 февраля 1952 г. в отношении Мазура Г.Г. по ст.ст. 58-1 «а», 58-8 УК РСФСР по вновь открывшимся обстоятельствам отменен. Дело в этой части прекращено на основании ст. 4 п. 5 УК РСФСР. Мазур признан осужденным по ст.ст. 58-10 ч. 1 и 58-11 УК РСФСР, по ст. 58-10 ч. 1 мера наказания была снижена до 5 лет ИТЛ, с поражением в правах на 2 года, без конфискации имущества. За отбытием наказания из-под стражи освобожден 25 апреля 1956 г.

На основании ст. 6 Указа Президиума Верховного Совета СССР от 27 марта 1953 г. «Об амнистии» признан не имеющим судимости, поражение в правах снято. Постановлением Пленума Верховного Суда СССР от 18 июля 1989 г. дело в отношении Мазура Г.Г. прекращено.

Мельников Владимир Захарович, 1932 г.р., уроженец г. Москвы, гражданин СССР, беспартийный, из служащих, ранее не судим, до ареста — студент 1-го курса Химико-технологического института им. Менделеева.

Арестован органами МГБ СССР по обвинению в том, «…что являлся участником еврейской антисоветской террористической организации…». Во время следствия содержался в Лефортовской тюрьме МГБ СССР.

По приговору Военной коллегии Верховного Суда СССР от 13 февраля 1952 г. по совокупности совершенных преступлений на основании ст. 58-1 «а» УК РСФСР осужден на 25 лет ИТЛ, с поражением в правах на 5 лет, с конфискацией имущества. Отбывал наказание в закрытой тюрьме в Богучаре и Карагандинских лагерях.

Определением Военной коллегии Верховного Суда СССР от 21 апреля 1956 г. приговор Военной коллегии Верховного Суда СССР от 13 февраля 1952 г. в отношении Мельникова В.З. по ст.ст. 58-1 «а» и 58-8 УК РСФСР по вновь открывшимся обстоятельствам отменен. Дело в этой части была прекращено на основании ст. 4 п. 5 УК РСФСР. Мельников В.З. был признан осужденным по ст.ст. 58-10 ч. 1 и 58-11 УК РСФСР. По ст. 58-10 ч. 1 мера наказания снижена до 5 лет ИТЛ, с поражением в правах на 2 года, без конфискации имущества. За отбытием наказания из-под стражи освобожден 25 апреля 1956 г.

Постановлением Пленума Верховного Суда СССР от 18 июля 1989 г. дело в отношении Мельникова В.З. прекращено за отсутствием в его действиях состава преступления.

Продолжение: Часть II
Tags: СССР, Сталин, архивы, евреи, комсомол, пионеры, расстрелы, репресії, сталинизм, судилище
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 1 comment