Олег Леусенко (oleg_leusenko) wrote,
Олег Леусенко
oleg_leusenko

Categories:

Эва как! Рабсияне Сибирской колонии: "Пусть нас продадут кому-нибудь хорошему"

П’ять копійок: Ну, чем вам не овцы? Оказывается, подданные Москвы в глубинке хотят жить, кушать и чтоб избы у них даже отапливались! Не получается, ибо надо потерпеть. Они за стабильность, только столоваться согласны у другого хозяина:

Станция Жатва
Станция Жатва

На маленькой станции Жатва в Омской области введен режим повышенной готовности – уголь для котельной, отапливающей поселок заканчивается. А до конца отопительного сезона еще два месяца: минусовая погода в Сибири случается и в мае.

Обитатели Жатвы собрались в местном клубе, чтобы обсудить будущее поселка и очередное послание к властям с просьбой о помощи. Это уже не первое их такое собрание в новом году, рассказывают Сибирь.Реалии.



Владимир Владимирович Путин сказал, что скоро будет прорыв, – глава поселения Евгений Кирин обращается к соплеменникам и пытался по долгу службы быть оптимистом, но, кажется, сам себе не очень верит..

– У кого будет прорыв? Мы уж сколько прорываемся! И все ко дну, – сетуют собравшиеся.

Собрание в клубе
Собрание в клубе

За окнами клуба, несмотря на наступившую весну, – сибирские морозы. Элеватор с двумя зерносушилками кажется огромным на фоне куцых деревянно-кирпичных двухэтажек и частных домиков. За ним тянется линия железной дороги, по которой мука «Черноглазовских мельниц», крупнейшего хлебопроизводителя в Омской области, еще недавно расходилась по всей России. Вокруг элеватора в 1972-м и возникло село на станции Жатва: из 300 жителей производителями и хранителями зерна здесь не числятся только старики и дети.

Элеватор
Элеватор

– Я здесь с 1986-го, – рассказывает Людмила Гресько. – Жили, ни о чем не думали: работа под боком, давали стройматериалы для дома, муку по праздникам, обмолот на корм скоту. Начальная школа была, детский сад, клуб, до города в любую погоду – полтора часа на электричке. А захотели на концерт, в автобус нас предприятие погрузило, в город отвезло. Один раз на Наташу Королеву даже возили. Чего еще хотеть? Отопление от котельной элеватора сделали, воду провели. Мы к этой жизни шли! А теперь обратно в первобытно-общинный строй?

Отопление в жилые дома в Жатве провели в 90-е. Когда все рушилось, маленькая станция с большим элеватором была островком благоденствия в регионе: хлеб нужен всегда. Люди из соседних деревень мечтали о переезде сюда. Но приглашали не всех – только специалистов.

Сергей Малышев
Сергей Малышев

– Мне первому в 91-м квартиру дали, – вспоминает Сергей Малышев, начальник зернового цеха. – Целую улицу домов отгрохали, по селу асфальт настелили, да еще и дорогу асфальтированную до соседнего села проложили.

В 1992 году государственное предприятие «Омскхлебопродукт» в связи с приватизацией стало государственным же акционерным обществом, а его работники – акционерами. Строительство и благоустройство села продолжалось – как теперь считает Малышев, по инерции: «Доживали последнее от Советского Союза». А тогда надеялись.

– Думали, заживем! – смеется пенсионер Николай Симрок. – Теперь все хозяева! Только недолго мы были акционерами – предприятие стало выкупать акции за те же зерно и муку. Хочешь не хочешь, а куда деваться: или акции отдавай, или дальше работай. Я свои не отдал, а толку, если у работников их 3 процента осталось. Ну и продал нас «Омскхлебопродукт» в 2000-м частнику.

Бывший государственный элеватор вместе с железнодорожным терминалом и агрокомплексом с 10 тысячами гектаров пашни купило акционерное общество, единственным владельцем которого является москвич Евгений Спиренков, известный в столице скандалами с обманутыми дольщиками. Ему же достались и котельная с водопроводом, обеспечивающие деревню теплом и водой. Хотя в омской прессе Спиренков громко именовался «инвестором», соглашение, по которому его акционерное общество брало бы на себя обязательства по модернизации котельной и обустройству села, районная власть с ним за все эти годы так и не заключила. Так что никаких обязательств у Спиренкова перед населением нет и не было. Получилось, что деревню вместе с жителями просто продали московскому «барину»: от его доброй воли зависит не только работа жатвинцев, но и выживание – тепло и вода в домах. И хотя сейчас местные жителя во всех бедах винят именно его, «хозяин», как зовут его жатвинцы, «был все же и добрым» – тарифы на тепло и воду сделал на сотню-другую ниже, чем в среднем по Таврическому району.

Сельский магазин
Деревенский магазин

А власть, спихнув маленькую станцию с рук, про нее просто забыла. Сначала закрыли детский сад, потом школу, 60 детей теперь возят в Новоуральское за 11 километров по дороге, давно разбитой большегрузами, доставлявшими зерно на элеватор. Проехать, правда, удается не всегда. До больницы, которая тоже находится в Новоуральском, жители Жатвы добираются сначала пешком по шпалам, потом «тайной тропкой»: два километра туда, два обратно. Благо, старики еще крепкие, обходятся пока без скорой – она по разбитой дороге просто не пройдет.

Дороги и расстояния
Дороги и расстояния

– Мы зимой напрямик через поля ездим, у кого машины есть, а весной и осенью только пешком до Новоуральского, оттуда и автобус в райцентр ходит, – говорит Евгений Дресько, ныне безработный технолог. – Я здесь 46 лет живу, и за последние 20 все хуже и хуже. В новом веке только что клуб сайдингом обшили, чтоб выборы проводить.

В апреле 2018-го руководство «Черноглазовских мельниц» предупредило жителей Жатвы квитанциями, что топить больше не может, потому что начинается процедура банкротства. Следственное управление СКРФ по Омской области возбудило уголовное дело в отношении Евгения Спиренкова – долг перед налоговиками на его предприятии достиг 87,6 миллиона рублей. Объявили, что сотрудники отправляются в бессрочный отпуск с сохранением трети зарплаты – 6–7 тысяч рублей.

А как не бояться, если меня, как организатора забастовок, первую же в бессрочный отпуск и отправили? И в домах после наших протестов все холоднее

Мукомолы и зернохранители раз пять пытались «бастовать». То есть собирались несколько смелых, чтоб не страшно было, приходили в контору. Требовали, чтоб приехал Юрий Постовой, глава Таврического района. Тот посылал своего зама Александра Середникова, начальника райуправления сельского хозяйства и продовольствия, и Евгения Кирина, главу Новоуральского поселения, к которому относится Жатва. По видеосвязи вызывали «хозяина», говорили ему о тяжелой жизни, просили денег. После таких акций обещанную треть зарплаты работникам выдавали. Если, конечно, везло и получалось отловить «хозяина» не только деревни, но и десятка столичных фирм, большинство из которых тоже в состоянии банкротства. Сейчас московский телефон действующего ПАО «Жатва», где Спиренков числится генеральным директором, упорно молчит, а личный сотовый, который он дал избранным для быстрой связи, «временно заблокирован».

Татьяная Чередниченко
Татьяная Чередниченко

Большинство боится бастовать, – вздыхает Татьяна Чередниченко, председатель профсоюзного комитета «Черноглазовских мельниц». – Да и как не бояться? Летом хозяин приехал, говорю, как же так, Женя, мы ведь надеялись? Он смеется: вы бастуйте активнее, мне шум нужен – скорее обанкротят, вам же лучше, продадут быстрее, значит, новый хозяин начнет зарплату платить. А как не бояться, если меня, как организатора забастовок, первую же в бессрочный отпуск и отправили? И в домах после наших протестов все холоднее: живем в кофтах, носках шерстяных, электричество жжем – печки-то немногие сохранили, у большинства обогреватели круглые сутки включены. Это сейчас на улице –15, а в морозы костры жечь приходилось, чтобы воду отогревать: она же спутником идет, поверх отопительных труб: если они холодные, просто перемерзнет. А больше источников воды в селе нет.

Лучше, все-таки, плохая, но стабильность. Об одном мечтаем: пусть нас продадут хорошему хозяину

Уголь, по словам Рафиса Хафизова, бывшего генерального директора «Черноглазовских мельниц», ныне руководителя одного из подразделений, он берет у снабжающих контор под свое честное слово: денег у предприятия давно нет, одни долги.

– То 15 тонн, то 20 перехватим. Экономим: по норме полагается в сутки закидывать в топки 9 тонн, мы только 6, – говорит. – В любом случае предприятие дальше топить не могло. Котельная устарела, не тянет. Инвестиций от Москвы никаких не было, котел только смогли заменить в 2013-м, остальное оборудование – с советских времен. Теплотрассу давно менять пора, а мы побелим-покрасим – вот и вся модернизация. Я еще в феврале прошлого года написал письмо Александру Буркову, тогда врио губернатора Омской области, что предприятие отапливать Жатву больше не может, возможны социальные проблемы, просил помочь. Ходил к министру строительства и ЖКК Владимиру Стрельцову, к зампредседателя правительства Сергею Фролову, к министру сельского хозяйства Максиму Чекусову. Все обещали, что район возьмет котельную на свой баланс, но так ничего и не сделано. В июле я ушел с поста гендиректора, и вообще все заглохло.

Николай Симрок
Николай Симрок

Собрания и письма во все инстанции жителей Жатвы все-таки возымели результат. На днях омские власти пообещали подкинуть немного топлива в ближайшие дни. А заместитель регионального министра по развитию сельского хозяйства Николай Дрофа уверяет, что готова проектно-сметная документация для газификации Жатвы, летом удастся провести газ и даже воду. Правда, с оговорками «возможно» и «если успеем».

Обещаниям власти жатвинцы радуются не слишком: для того, чтобы подвести газовые трубы в дом, с каждой из 79 квартир потребуется 140-180 тысяч рублей, которые брать негде. 23 апреля работники будут уволены в связи с ликвидацией предприятия. На то, что получат какие-нибудь пособия, не надеются, судя по тому, что большинству выдали треть зарплаты еще только за январь. Судиться вряд ли будут, по словам председателя профкома, все по той же причине – боятся: а вдруг новый покупатель не возьмет на работу «скандалистов»?

– Встану на биржу труда, а толку? – говорит Евгений Дресько. – Работы в райцентре мало. Вон рядом поля тоже московского предприятия – «Омский бекон» для свиней корма выращивает, так там все за свои места держатся. В город ездить – значит, до зари уезжать, после заката возвращаться, а всю зарплату на билеты или бензин тратить. Да и там поди найди, а зарплата такая же, как у нас – 15-20 тысяч.

Даже если «Черноглазовские мельницы» после процедуры банкротства кто-то быстро купит, а новый хозяин возьмет всех жатвинцев на работу, элеватор не начнет действовать, пока не будет зерна. Это значит, надо как-то дожить в лучшем случае до сентября… Но это все-таки хоть какие-то, а планы на будущее.

Когда собрание обитателей Жатвы в клубе подошло к концу, общее настроение выразила бывший бухгалтер «Черноглазовских мельниц» Галина Луговая:

– Лучше, все-таки, плохая, но стабильность. Об одном мечтаем: пусть нас продадут кому-нибудь хорошему.

Tags: Мордор, Сибирь, азиопа, бедность, безработица, быдлорабы, деградация, деревня, колонии, нищеброды, поселки, провинция, путинизм, рабсияне, терпилы, третий мир
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 5 comments