Олег Леусенко (oleg_leusenko) wrote,
Олег Леусенко
oleg_leusenko

Этноцид: В Кузбассе исчезает уникальное поселение калмаков – сибирских татар



В свое время калмаки, как называют сибирских татар, переняли ислам от бухарцев, переселенцев из Средней Азии. Они пережили сталинские репрессии конца 30-х, потом войну, хотя пришлось пустить на дрова старинные родовые постройки, чтобы не околеть в сибирскую стужу. Калмаки выстояли в перестройку, когда развалилось местное производство. Но теперь, находясь в составе РФ, Юрты-Константиновы, которые их обитатели называют просто Юртами, скоро исчезнут.

Сейчас в Юртах осталось 60 местных жителей. Историю своего родного села они чтут и всеми силами пытаются сохранить. В местном музее – множество экспонатов. В основном это семейные реликвии, переданные в фонд музея самими обитателями Юрт.


Сотрудник единственного на России музея калмацкой культуры Джамиля Тартыкова показывает национальные костюмы. Здесь же – деревянная кровать, сделанная без единого гвоздя, калмацкая маслобойка, выточенная из цельного куска лиственницы, и пожелтевшие листы Корана, на которых за 200 с лишним лет не стёрлось ни одной буквы.


– Наш музей, который мы сами создали и сами пополняем, – единственный вариант сохранить нашу колмацкую историю, – рассказывает Джамиля Тартыкова. – И наши люди это понимают, поэтому они охотно отдают сюда свои семейные реликвии, какие-то свои вещи. У нас в семьях вообще стараются всё, с чем связана семейная история, сохранить. И конечно, мечеть старую все бы в Юртах хотели восстановить. Правда, когда это будет – неизвестно. Разговоры идут не первый год.

Другая достопримечательность Юрт – двухэтажный бревенчатый особняк, чуть заваленный на правый бок. Это – бывшее здание медресе. За 200 лет оно сохранилось в первозданном виде. Когда-то здесь учили воспитанников мусульманской духовной семинарии. В этом же доме жил местный мулла.

Дом бабушки Абау
Дом бабушки Абау

Сегодня хозяйка этого дома – 87-летняя Гизельбанат Садыкова или бабушка Абау, как зовут ее все в деревне. Предки Гизельбанат, выходцы из Средней Азии, были одними из основателей поселения. В молодости Абау училась в медресе. Когда медресе закрыли – она поселилась этом доме, чтобы сохранить в нем жизнь.

бабушка Абау
бабушка Абау

– Здание крепкое, ещё тысячу лет простоит, – рассказывает Абау. – Его построили без пилы – все брёвна рубленные, а сила дома – в лиственнице. Раньше таких здесь много было. Когда в 41-м году началась война, их на дрова разбирали и топили ими. Не меньше 20 домов таких было в Юртах. Сегодня остался только мой, и дальше там ещё один. У него даже хозяева есть, но они в нём уже не живут. В город переехали.

Мечеть появилась здесь в 1904 году. Тогда деревня активно разрасталась – уже в 1911 году в Юртах-Константиновых насчитывалось 208 человек. В 30-е годы рядом с мечетью появилась и медресе. Ее организовали в доме муллы Валиша Абдрашитова. В 1940-м советская власть закрыла мечеть и медресе, а мулла был арестован. Здание мечети сохранить не удалось. Однако калмаки не прекращали исповедовать ислам даже под страхом репрессий.

– Сейчас в наших Юртах нет ни мечети, ни медресе. И жителей то осталось совсем немного в деревне, – говорит Абау. – Многие в Томск перебрались – там у них тёплые дома. Сюда только на лето приезжают: картошку садят да рыбу ловят. Тут земля хорошая.

У Абау есть свой огород. Растёт в основном картошка и бурьян – полоть сорняки уже нет сил. По хозяйству справляться приходится самой – лишь изредка к ней приезжают родственники, которые уже давно перебрались в город в поисках заработка.

– Работы сейчас нигде нет, – говорит Абау. – И дальше что будет – чёрт его знает. Вот у меня племянник в Тайге живёт, 10 лет тюремным надзирателем проработал – сейчас вагоны сторожит на вокзале.

Семейные фото хранятся в старинном комоде. Тут же – открытки и грамоты от губернатора. Это благодарность за работу в голодные военные годы. Когда-то Абау сутками «ковала победу» в местном совхозе – теперь же ветеран труда вынуждена всю пенсию тратить на отопление и содержание огромного «дома-музея». Чтобы протопить двухэтажную постройку зимой, приходится сутками «кормить» печь дровами. В январе температура воздуха в Юртах опускается до минус 50.

– Сейчас к зиме дрова куплю – сразу 5 тысяч рублей отдам. А мне две машины надо – это уже 10. Поколоть – ещё 10 тысяч. Итого «двадцатка» – сразу «в топку». А ещё за свет плачу – на жизнь копейки остаются. Хорошо, племянник помогает, хлеб привозит.

«Привыкли только на себя рассчитывать»

Название села Юрты-Константиновы происходит от татарского «юрт», или «дом», и русской фамилии Константиновы. Более 400 лет назад предки калмаков, возглавляемые князем Иркой Уделековым и братьями Кожановыми, прибыли сюда из Приобских степей. В то время здесь уже жили так называемые служилые татары, которые охраняли Томск и проезжающие мимо посольства от набегов кочевых племён с юга. По легенде, увидев этот богатый край, предки калмаков сказали так: «Бесгемондакалмаккирек», что означает: «Нам здесь остаться нужно». Кстати, «калмак» с тюркского переводится как «остаться». Считается, что здесь кочевники перемешались с сибирскими и казанскими татарами. И начался род калмаков.

Ринат Рыжих
Ринат Рыжих

– Раньше у русских поселение было в конце деревни – сейчас это окраина, – рассказывает местный житель Ринат Рыжих. – Калмаки строились ближе к Томи (там располагалась деревня Тумаел, что означает «деревня возле Томи». – СР). Потом их начало затапливать, и они сюда пришли. Получилась русско-татарская деревня.

Считается, что калмаки стали мусульманами под влиянием проповедников Садыковых, предков бабушки Абау. Именно благодаря этой семье дом и сегодня, 200 лет спустя, в целости и сохранности. Но что будет дальше, поручиться никто не может: ухаживать, кроме хозяйки, за ним некому.

– Это ведь как исторический памятник, – рассказывает Ринат Рыжих. – Вот его все и фотографируют, а ремонт там делать никто не хочет. Крыша уже разваливается. Эту Абау выдернут, пощёлкают и уезжают. А она латает кровлю, бедолага, нанимает людей.

Ринат Рыжих родился и вырос в Юртах – сейчас живет тут с матерью, которой помогает по хозяйству. Своей семьи у Рината нет, как и работы.

– Раньше свиней держал, а недавно всех поубивал. Невыгодно. Я их ращу-ращу, а продаю за копейки. Больше денег на корма трачу, чем потом выручаю.

Из-за безработицы за последние годы деревня заметно поредела. Коренное население вымирает – дома опустели. Вкладывать деньги в развитие посёлка никто не хочет.

– Был один предприниматель, сельским хозяйством занимался – обанкротился. Теперь эти территории зарастают. Всё заброшено, и никто не собирается здесь что-то делать. Нет никакой надежды… Вы посмотрите: огромные поля, только обрабатывай. Раньше, я по детству помню, и скотина была, и коровники. Народу тут проживало – ёлки-палки, и детей сколько было, а сейчас все в город стремятся.


Когда-то в Юртах был колхоз «Кызыл-Шарек», или «Красный Восток». О тех временах сегодня напоминают разве что огромные пустующие зернохранилища и заброшенная сельхозтехника. Сеялки, комбайны, молотилки и тракторы уже давно прекратились в груду ржавеющего металлолома.

Линур Рафиков работал в колхозе трактористом. Сегодня он пасёт нескольких овец на пастбище у заброшенной школы и еле сводит концы с концами – мясо и шерсть у перекупщиков давно не в цене.

– Когда-то здесь было большое хозяйство, – вспоминает Линур Рафиков, – сейчас ничего не осталось. Скот угнали, распродали. Работы нет – многие спиваются. Рядом была школа, восьмилетка, так и её разломали, а желающих восстанавливать нет.

Линур Рафиков
Линур Рафиков

​Сегодня в Юртах осталось пять детей школьного возраста. Каждый день они вынуждены ездить на учёбу за 10 километров, в посёлок Ленинский. Школьный автобус приходит сюда ранним утром: отвозит ребят в соседнюю деревню и обратно.

– Старую школу в Юртах можно было бы в усадьбу перестроить, – уверен Линур Рафиков. – 12 комнат – шутка ли? А теперь от неё одни стены остались.

Бывшая школа
Бывшая школа

Когда-то в этой школе учился и сын Линура Рамазановича ​– Рамиль. Он единственный из четырёх детей Рафиковых, кто остался в деревне помогать престарелым родителям. Ещё несколько лет назад Рамиль работал у местного фермера. Но тот обанкротился.

​– Раньше коней держали, и коров по три головы, – теперь только овечек. И корма дорого покупать, и даже сено, что у местных берём. Жизнь пошла трудная – денег нет. Все надеются только на себя – от кого ещё помощи ждать? Власти сюда редко приезжают. Кто теперь губернатор? Кислюк? А, нет – Цивилёв, кажется. Я политикой шибко не интересуюсь.

«Зимой дорогу заметает так, что не проехать»

Почту в Юрты доставляют раз в неделю. Почтальон Альмира Лазарева разносит ее по домам. Ее предки приехали сюда с Северного Кавказа – местные приняли их как своих и прозвали черкесами. Когда-то у Лазаревых было большое подворье, но теперь всё изменилось.

– Деревня разрушается, – говорит Альмира. – Полей нет, и скотину кормить нечем, вот все и поразъехались.

Альмира Лазарева
Альмира Лазарева

В одном здании с музеем находится и медпункт – крошечное помещение рядом с бойлерной. Своей поликлиники в Юртах уже давно нет.​

– Тут разговор идёт, что и центральную районную больницу, до которой от нас 60 км, скоро закроют – тогда будет крах-бабах, – рассказывает жительница Юрт-Константиновых Зурия Айнагулова. – Там уже медперсонала не хватает и, если честно, даже лекарств нет, только первую помощь оказывают.

За лекарствами местным приходится ездить в соседний поселок Яшкино – своей аптеки в Юртах нет. Скорая помощь сюда едет не меньше часа. И это летом, по сухим дорогам. В морозы по местным «магистралям» добраться можно только на тракторе.

– Зимой дорогу заметает так, что не проехать, – говорит Зурия Айнагулова. – А без медпомощи, конечно, страшно нам. Мы ведь тут одни пенсионеры остались.

«А Богу молиться – у нас муллы нет»

Местный клуб – ещё одно развлечение для жителей Юрт-Константиновых. Он располагается всё в том же здании калмацкого музея. Несколько лавочек, а в углу – ещё советская стереосистема, как ни странно, в рабочем состоянии. Здесь проходят деревенские собрания, сюда же приезжает мулла из райцентра.

Зиофа Рафикова
Зиофа Рафикова

– В Яшкино живёт один таджик, – рассказывает жительница Юрты-Константиновы Зиофа Рафикова, – он и читает нам молитвы.

Зиофа родилась в Юртах в большой калмацкой семье. Говорит, даже в годы «научного атеизма» здесь не переставали верить.

– Обязательно молились, – говорит Зиофа, доставая из шкафа потрёпанный Коран. – Была у нас мечеть, так её после войны разрушили и зерно там складировали. Я маленькая была ещё тогда. А сейчас праздники религиозные празднуем, а Богу молиться – у нас муллы нет.

Дом Зиофы Галиакбаровны по местным меркам считается зажиточным: своя микроволновка, электрическая печь и телевизор, а стены завешаны коврами для тепла и звукоизоляции. Старикам помогают в основном дети – на местные власти здесь уже давно не надеются.

– Из администрации никто сюда не приезжает, глаз не показывает. Года три тому назад был Фролов (Сергей Фролов – бывший глава Яшкинского муниципального района. – СР), мы с дедом ходили в клуб, так вдвоём были – больше никто не пришёл.

Брошенных и полуразрушенных домов в Юртах немало
Брошенных и полуразрушенных домов в Юртах немало

Мужики пьют – работы нет. Когда был совхоз, мы хорошо жили. Все зарабатывали. А нынче на День победы копейку не дал нам Романенко

При этом за политической обстановкой в стране и мире Зиофа Галиакбаровна следит регулярно.

– Про «Зимнюю вишню» слышали – не дай Господь. Сейчас в Украине опять что-то, и, вообще кругом неспокойно совсем стало… Девчонки меня ругают: «Ну, мам, опять за Путина». А я им: «А за кого?», а они мне: «За коммунистов надо было». Ну, придут они, и что, у нас сразу по-другому жизнь станет? Ничего не поменяется уже. Вот мы всё за Путина и голосуем.

Недавно по деревне прошёл слух, что из Юрт-Константиновых могут сделать музей-заповедник.

– Сейчас неподалёку тут турбазу строят, не знаю, как у них дела пойдут – рассказывает Ринат Рыжих. – А тут сразу заговорили, что поедут к нам, в наши места туристы на эту турбазу, и сделают из нашей деревеньки музей, чтобы их привлекать. А что, пускай будет деревня-музей! Что-то, может быть, изменится в нашей жизни к лучшему. Только не очень-то я в это верю.

Сибирь.Реалии
Tags: Кузбасс, Мордор, Сибирь, азиопа, ассимиляция, деревня, колонии, мусульмане, національні меншини, регионы, татары, третий мир, этнические проблемы, этноцид
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments